Новая глава
Иногда перемены приходят не как красивое «обновление», а как внутренний стоп-кадр: ты вроде бы уже «всё сделала правильно», у тебя есть семья, дети, статус, привычная роль — а внутри тревожно и будто некуда дальше идти. Мария называет это просто: «По старым установкам я больше жить не могла» — и именно с этой фразы начинается ее личный путь, самый смелый из всех: не «стать лучше», а стать собой.
По сценарию «должна» или «хочу»?
— Я выросла в строгой религиозной семье, где была принята система довольно строгих правил: жить по правилам, быть осознанной женщиной, соответствовать ожиданиям мудрых людей. Быть «правильной» означало не нарушать, не спорить, не выделяться. Я закончила школу, получила высшее образование, строила карьеру в спорте, вышла замуж, родила сына, потом развелась — вырвалась из абъюзивных отношений... Второй брак оказался идеальным — любящий, понимающий, заботливый муж, двое сыновей-погодок. Но долгое время она не могла понять, что не так… Счастье есть, но словно через внутреннее сопротивление. Не громкое, не демонстративное — внутренне.
Мария признается: «Я чувствовала, что пытаюсь написать свой сценарий жизни, но не знаю, как. И в какой-то момент оказалась в подвешенном состоянии: «Как я живу, чего я хочу, как мне дальше? Я не могла себе места найти».
Это не был один кризисный день, а некий фон: постоянные сомнения, тревожность, ощущение, будто“со мной что-то не так», чувство потерянности... А дальше произошло то, что многих пугает, но для Марии стало точкой правды: ей диагностировали депрессию:
— Это стало для меня как гром среди ясного неба! Оказывается, я несколько лет жила в этом состоянии, но даже не понимала, что это не «такой период», «такой характер», «такая жизнь» и «надо собраться». И только когда подключили терапию, в том числе и медикаментозную, стало ясно: проблема не в моей «слабости», а в том, что я слишком долго держала свои переживания «под замком». И я пошла разбираться: кто я, где я и куда я живу.
Психотерапия как первый честный шаг
Мария пришла в терапию не «чтобы стать удобнее — для мужа, для семьи», а чтобы найти ответы на непростые вопросы: «что я несу миру?», «в чем моя ценность?». А следом — второй шаг, еще смелее: она пошла учиться в Рижский гештальт-институт. И погрузилась сразу в несколько процессов: обучение, личная терапия, гештальт-терапия, групповая терапия.
— Рассматривать себя под микроскопом, я бы даже сказала «препарировать» — довольно болезненно. Но необходимо. Именно тогда в моей душе начали подниматься чувства и эмоции, которые раньше были спрятаны «под бетонной плитой» психических защит.
Мария впервые проговорила в терапии то, о чем раньше молчала в родительской семье, в первом браке...
— По сути дела я впервые в жизни позволила себе сказать: «Да, я не такая, как вы ожидали и в этом нет ничего постыдного», «я не становлюсь плохим человеком из-за того, что я не такая, как вы ожидали», «я имею право не подстраиваться под ваши ожидания».
И самое-самое важное: «Я позволяю себе быть другой».
Мария описывает свои новые эмоции как физическое ощущение свободы:
— Это было как второе рождение. Я сейчас дышу полной грудью, когданаконец разрешила себе чувствовать в моменте все, что угодно и не стыдиться.
Интересный эффект: пока я сама училась просить поддержку, близкие начали обращаться ко мне... за советами. Я так удивилась: оказывается, даже в период, когда мне самой трудно, во мне была способность помогать другим. Просто раньше это не было очевидно.
Моя любовь
В истории Марии Росликовой есть человек, который остается в тени, а на самом деле он главная поддержка, опора, плечо и крепость:
— Мой муж — не только моя любовь. Он моя поддержка. Всегда и во всем. Всегда за меня. За учебу. За поездки. За новые шаги. Он не спрашивает «зачем тебе это», он спрашивает «чем помочь?». Что бы я не затеяла — хоть поездку на лыжах, хоть антистрессовый шоппинг, хоть поход, он всегда говорит «поедем вместе».
Женская сила
Мария нашла место, где у нее снова появился ресурс: женские ретриты с йогой, медитацией, общением. Особенной женской энергией.
— И для меня это не «отпуск на красивых островах», не «инстаграмный девичник», а — новая реальность.
Она вспоминает период, когда не хотелось никого видеть, не было сил на социализацию, хотелось спрятаться дома — типичное депрессивное состояние, о котором «не принято говорить в нашем обществе, где более всего ценится «успешный успех». Но я собралась из последних сил и поехала на ретрит. И там произошло важное: на групповой терапии я наконец заговорила. До этого молчала, кстати, много месяцев.
Мария честно говорит, что рекомендует женщинам иногда «вырваться» — оставить детей с мужем, родственниками, кем угодно, но уехать, потому что это дает шанс снова почувствовать себя живой. Логичным продолжением, кстати, стал следующий шаг «из зоны комфорта» — латиноамериканские танцы.
— Там другая энергия: тело, движение, раскрепощение, удовольствие. Не «исправить себя», а вернуть себе легкость. Я дала себе право быть живой, даже когда внутри сложный период.
Дети и "превентивная психология"
— Моему старшему сыну скоро 12. После погружения в психологию я вдруг осознала: мой собственный бэкграунд мог повлиять на него и я решила не ждать, пока «накроет цунами пубертата», а дать поддержку превентивно.
Она объяснила сыну просто: возможно, есть вещи, которые он не может сказать маме, но — может сказать специалисту. И сын согласился. И отправился к школьному психологу. С которым случился отличный коннект. Мария рада не потому, что «контролирует», а потому что сын теперь знает: помощь существует, и к ней можно обращаться.
"Ничего нельзя откладывать"
В нашем разговоре звучит взрослая, очень современная тревога: новости, кризисы, войны, ощущение, что завтра может поменяться всё. На этом фоне Мария озвучивает свой новый принцип: «Что придумали — делаем прямо сейчас. Ничего не откладываем — ни встречи, ни поездки, ни тем более общение с людьми». Я не понаслышке знаю про эффект «отложенной жизни». Больше не хочу.
Право на паузу
— А знаете, что самое главное я поняла вот буквально в финале прошлого года? Как раз в свои 33? Что иногда надо позволять себе «делать ничего». Пауза. Кофе. Тишина. Ничегонеделание. Не потому что «нечем заняться», а потому что остальное время женщина занята всем — для всех. Кроме себя.
Поэтому я снова и снова учусь выбирать себя — без чувства вины. Учусь останавливаться, дышать, слышать себя, возвращаться к себе не как к функции (мама/жена/сотрудник), а как к женщине.
Да, я живу непростую жизнь. Но я учусь видеть, что я хочу и точно знаю, чего не хочу. Я никогда больше не хочу жить «ну ладно, как есть», а хочу — оставить след после себя. Сделать что-то хорошее.
...Мария собирает себя по кусочкам, ассимилирует опыт, учится быть в ресурсе — чтобы потом, из полноты, отдавать миру добро и свет. И это и есть взрослая история успеха женщины: не про то, как все получилось идеально, а про то, как вернуться к себе.